Александр Михайлов о Михаиле Евдокимове и жизни в России


    Александр Михайлов о Михаиле Евдокимове и жизни в России

Читайте начало интервью:

Александр Михайлов: «Бросил бы клич: русские люди, возвращайтесь!»

Сергей Каргашин: В вашем репертуаре много народных песен, и люди вас принимают с ними просто на ура. Как вы запели?

— Это благодаря, конечно, моей маме. Мои предки — старообрядцы, не приняли реформы Никона и ушли целыми семьями в Польшу. Оттуда Екатерина II выслала их в Забайкалье, куда они шли пять с половиной лет. Они были сильные земледельцы. Доходили до Волги, сажали скороспелые злаки и кормили в первую очередь охрану — если часть охранников погибала с голоду, уничтожалось все поселение.

XVII-XVIII век был очень страшным периодом для староверов. До сих пор они существуют в напряжении. И родился я в бурятском поселке, где Цугольский дацан. Это монашеские кельи, всего 2,5 на 3 метра. А в 75 метрах — уникальный буддийский храм. Я не стал буддистом, но все равно интересная вещь — религии. У Будды есть выражение: «Бросай в меня камни, бросай грязь, а я река». Вот моя жизнь — это река. Река — это моя родина.

Самое страшное, что не восполняется генетический код. Сильнейший урон был — 90-е годы. За погоны просто кидались люди, избивали ногами. Сейчас за армию, за спорт не стыдно, но очень жалко деревню. Она как была в тяжелом состоянии, так и осталась.

— Вы дружили с Михаилом Евдокимовым и много лет возглавляете фонд его имени.

— Фестиваль, а не фонд. Я сказал, что сам ни копейки не возьму, так что это самый небогатый фестиваль. Мы на могиле Михаила Сергеевича собрались и дали слово продолжить его детище. Там были и Митяев, и Александр Маршал. Вот уже шестнадцать лет мы без Евдокимова, конечно, осиротели. Я им все равно ведомый, и без него мне бы не пришла мысль сделать свой фестиваль в Забайкалье.

Миша в деревне за свои деньги практически строил стадионы. Сам асфальтировал дороги, собирал мужиков и говорил: «Давайте, мужики, что-то сделаем, какую-то красоту подарим людям, чтобы наши дети сюда приезжали». С ним дружили все спортсмены, космонавты, артисты эстрады. Он умел всех объединять.

Не хотел он этой власти! Все равно к нему шли в кирзовых сапогах и говорили: «Устали мы от этих чиновников. Мы видим, совесть у человека. За тебя вся деревня проголосует». И вот на взлете его… А память все равно остается.

— Ходит легенда, что он говорил: «Меня ведут на президента». Это правда?

— Неправда. Он однажды только ляпнул. Кто-то пошутил: «Сергеевич, у тебя такие мозги, может, туда?» — «Да где наша не пропадала, мы и туда». Помню, он в штуку сказал. А эта шутка обернулась серьезной вещью. И кого-то это, может, напугало. Не стремился он туда.

Читайте также »   Умер народный артист России Алексей Булдаков

— Я за месяц до гибели летал к нему на Алтай. Видел, что он морально очень устал.

— Его просто уничтожали — и морально, и физически. Но как он работал — просто потрясающе! Уходил к мужикам и строил, при нем десятки ферм поднялись. Люди уважать стали. Он уезжал с топором и работал с ним. Пел песни, любил их.

Что дает политика?

— Осенью будут выборы в Госдуму. Начнется все это опять… Вы будете как-то в этом участвовать?

— Я одно время участвовал, хотел что-то сделать для своей родины. Но меня слили — не буду говорить, что за партия. Сейчас опять предлагают возглавить список, но я в раздумье. Политика — все же не мое. У меня свой стержень и фундамент, мое оружие — мой голос, мои вечера, которые называются «Экология души».

Я сейчас очень переживаю за то, что творится с Байкалом. Столько леса вырубают — раньше в страшном сне не снилось. Все перевозят туда, чтобы набить карманы и накупить дворцы в Англии, в Австралии, в Америке. Лесников лишили работы. Если со школьной скамьи китайцам внушают, что Байкал — их родина, то понятно, что они приезжают туда, застраивают и ведут себя по-хамски.

— Почему же власть бездействует? Ее купили или у них шоры на глазах?

— У меня ощущение, что Путин… Очень много сделал: и Крым вернул, и три кавказские войны остановил, и армию поднял. Поднял уникальную мечту адмирала Макарова, который сказал гениальную фразу: «Север — это фасад России». И сейчас разработка шельфов, мы единственные, кто строит огромное количество ледоколов.

Я был дважды на Северном полюсе. И я мог бесконечно смотреть. Какие-то розовые, малиновые, синие, красные, голубые тона — вот такая подсветка. Эти льдины. И ты знаешь, что здесь около трех метров толщина льдины, а там четыре километра Ледовитого океана. Это такое ощущение необыкновенное!

— Стоит ли верить в Россию, что жизнь наладится, будет нормальная?

— Я верю. Но мы катастрофически теряем население. Прибавляем за счет Средней Азии, Кавказа. А титульная нация становится на последнем месте. Бунт будет, страшный.

— Не будите русского медведя?

— Что-то произойдет… Я знаю, ноги растут от Америки, стравили Украину с Россией, выросло русофобское население, «кто не скачет, тот москаль». Считают, что Донецк — это быдло, которое надо отстреливать. Я выступал в Первомайске, видел затравленные глаза детей, женщин — недавно их бомбили. У меня есть приглашение. Опять поеду туда. Конечно, надо поддержать. Сейчас опять готовят непростую ситуацию.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *